aklyon: (scarf)







Прочитал потрясающую историю о многовековых попытках расшифровки так называемой «Рукописи Войнича» (вот эта статья на английском, о самой рукописи есть обширный материал на разных языках и в Википедии, например вот здесь по-русски).

История достойна пера какого-нибудь Дэна Брауна или Умберто Эко (и, оказывается, действительно, несколько литературных, кино- и компьютерных произведений уже обращались к этой теме. Но это все как-то по мелочам, а на мой взгляд, сама история так и просится на страницы толстого бестселлера, целиком и полностью посвященного ей), некоторые сюжетные повороты поражают воображение.

Так, например, один профессор проводит последние годы своей жизни в анализе закорючек на концах таинственных букв, и ему кажется, что разгадка уже близка... а закорючки оказываются естественным процессом высыхания чернил. Или, скажем, один из параллельных сюжетов – книжный магазин владельца манускрипта Вильфрида Войнича, бежавшего из Сибири в Англию (и женившегося на той самой Этель Войнич, которая написала «Овода»!), становится местом подпольных встреч революционеров. Наконец, за шестьсот лет со дня написания манускрипта меняются средства и способы его расшифровки. Если раньше рукопись передавали между собой из рук в руки алхимики и профессора криптографии, а потом в течение почти трех веков она вообще была погребена в хранилище иезуитского ордена в Риме, теперь, благодаря «Всемирной паутине», любой человек из любого уголка мира может попробовать свои силы в расшифровке этого загадочного документа. Вот только годы идут, а ключа к разгадке ни у кого нет, так что даже создается впечатление, что это – либо средневековая шутка, либо искусная современная подделка.

В любом случае, попробовать свои силы в дешифровке можно вот здесь. Не правда ли, красивая история? Одна таинственная рукопись, а вокруг нее столько надежд и разочарований, столько великих ошибок грандиозных умов, столько разных судеб намешано – от средневекового алхимика, настолько богатого, что даже император обращался к нему за займом, до бывшего сибирского заключенного, а ныне – не очень известного лондонского букиниста!
aklyon: (Sganarel)
На выходных приготовил то ли «кутью», то ли «коливо», то ли что-то другое, руководствуясь вот этим вот рецептом (иврит).

Понравилась сама идея сделать такое нетривиальное сладкое блюдо, смешав вареные зерна пшеницы с изюмом и добавив туда еще и оливковое масло, бальзамический уксус, мед, соль, перец и листья мяты.

Необычно и просто, особенно для меня – у которого кулинарные способности, прямо скажем, ниже плинтуса не сильно развиты.

Интересно – есть ли у такой «кутьи» устоявшееся название на иврите, и насколько оно популярно в других культурах (спасибо столовой Яд ва-Шема за идею этой сладкого блюда на нашем столе, но вряд ли там, в столовой, знают, что подают к обеду «ритуальное поминальное блюдо славян»).
aklyon: (Default)
Четыре года назад я воплотил в жизнь свою детскую мечту: впервые после окончания детства я сел на велосипед.

После почти трех с половиной-летнего стажа езды на дорожном велосипеде с изогнутым рулем пришло время поменять и велосипед, и концепцию.

И вот, со вчерашнего дня я – счастливый обладатель вот этого вот красавца. (клик на картинку ведет на сайт с техническим описанием и отзывами):



Очень хочется, чтобы уже поскорее наступила пятница, и мы с Катей отправились бы смотреть на закат солнца на место наших регулярных свиданий – у Мемориала Кеннеди, что рядом с могилой Артура Рубинштейна.

Пока основное ощущение: необычайная легкость хода, я практически не чувствую его под собой. Надеюсь, все же, что в пятницу меня посетит то самое приятное чувство усталости, сигнализирующее о том, что получаешь правильную и полезную нагрузку на мышцы.
aklyon: (Default)
Оказывается, всякие там кактусы, алоэ и прочие растения, запасающие себе воду, называются по-научному «суккуленты». В летнюю жару, «посасывая винцо», как «изгнанник-царь без орудий струнных», хочется произносить это слово с прибалтийской медлительностью – «сукку-уле-енты». Мне казалось даже, что его вторая часть и должна обозначать медлительность. Ан нет: суккулент – это цельное понятие.

И вот, пока я, окидывая взглядом несметные количества винных пробок, оставшихся в нашей квартире от разнообразных дегустаций, приемов гостей и субботних трапез на двоих, лениво размышляю – что бы из них такого можно было бы сделать, Катя претворяет в жизнь уже вторую дизайнерскую идею: сначала был подсвечник из пробок, теперь вот – горшочки для суккулентов.



В пятницу мы отметили полгода со дня нашей свадьбы. Целых полгода прошло? Какой огромный срок, сколько всего было за эти месяцы: сколько поездок, встреч, сколько книг прочитано, музыки услышано, мы выпустили спектакль…

Всего полгода прошло? Прошло-пробежало, всего-то ничего, так что даже продавец в моем любимом цветочном магазине, что на улице Бен-Йегуда, до сих пор приветствует меня: «А-а, вот и наш жених идет!». В течение всего первого года, объясняет он мне, мы еще будем считаться «свежей» парой.

Лениво растут себе наши суккуленты в винных подсвечниках, лениво я окидываю взглядом склад винных пробок… Кажется, если не начать быстро создавать из них мебель и занавески, формы для часов и пепельницы,.. мы в какой-то момент окажемся погребенными под их количеством, как тот жадный раджа из мультфильма про золотую антилопу.

Вообще, я заметил: в последнее время очень хочется жить быстрее, жить разнообразнее, что ли. Тем более, что наличие Киндла (отличная штука для быстрого чтения!) и быстрого Интернета (для обогащения информацией различного рода) побуждает много читать, узнавать, многому учиться…

Например, научиться уже делать поделки из пробок.

Вино на фотографии было куплено на последней дегустации в Ботаническом саду в Иерусалиме. Винодельня «Морской конек», рекомендую ознакомиться.
aklyon: (Default)
Посмотрел очень интересный фильм о гении, жившем полной, насыщенной, интенсивной жизнью – о Мстиславе Ростроповиче. Фильм называется «Rostropovich: The Genius of The Cello». В фильме много замечательных моментов. В частности, где-то на 41-ой минуте дочка Ростроповича и сам Мстислав Леопольдович рассказывают о том, как однажды Ростропович пришел в гости к Дмитрию Шостаковичу, и как композитор и виолончелист часа полтора плодотворно молчали. Затем показывают интервью с Шостаковичем, в котором тот говорит: «Для меня творческое общение с Мстиславом Ростроповичем было всегда огромной радостью».

Вслед за этим показывают фрагменты записи второго виолончельного концерта Шостаковича.

Посмотрев их, я понял, что хочу иметь его в своей фонотеке, причем именно в исполнении Ростроповича. Совершенно случайно, судьба приподнесла мне два исполнения этого произведения: Ростропович играет этот концерт с японским дирижером Сэйдзи Озавой и с Евгением Светлановым. Такая быстрота исполнения моего музыкального желания, действительно, случается довольно редко.

Оформляя очередные два диска в своей фонотеке, я задумался вот над чем. Вроде бы, современные технологии давно уже позволяют хранить и организовывать огромные количества информации на компактных пространствах. Существует такая вещь как внешний жесткий диск, на, скажем, несколько террабайтов (кажется, уже выпускают диски объемами больше, чем один террабайт).

И тут я четко представил себе, как могла бы выглядеть моя фонотека будущего. Для нее понадобился бы подобный жесткий диск, колонки, клавиатура и маленький экран. И все. Я, наверное, готов был бы потратить несколько лет для того, чтобы переписать все мои диски на один внешний диск. На экране мне нужна была бы всего лишь одна строка поисковика.

Присоединив клавиатуру с экраном к жесткому диску, а диск – к колонкам, получаем портативный проигрыватель для домашней фонотеки. И как в том же поисковике Гугла, скажем, набирая имя композитора, я получаю все возможности для выбора определенного произведения в определенном исполнении. Казалось бы, чего проще?

Ах, если бы можно было бы такие вещи мастерить по заказу! Мне кажется, я даже когда-то умел писать программу на языке Visual Basic, которая работала с базой данных и могла бы найти соответствующую строку с музыкальным файлом. Вот только соединить нахождение строки с проигрыванием этого конкретного файла я не умею.

Ну, а поскольку я до сих пор нигде не видел подобного проигрывателя домашней фонотеки (хотя все технологии, повторяю, давно существуют в наличии), то остается записывать музыку и каталогизировать ее «по-старинке»: на дисках, с бумажными вкладышами со всей возможной информацией о произведении и исполнителях.

Пользуясь случаем, повторяю свое желание отдать огромное количество кассет с джазовой и классической музыкой: рука все еще не поднимается выбросить этот «антиквариат».

Или все-таки большое количество музыкальных дисков – это пока еще не называется «по-старинке», это – реальность? Вот интересно: лет через тридцать-сорок – появится ли в продаже мой воображаемый портативный проигрыватель, после чего мне понадобится так же выбрасывать все мои многочисленные диски, или нет? В любом случае, что называется, «дарю идею».
aklyon: (Default)
…с курицей и сыром. Вот каким был главный ассортимент широко известного в узких кругах московского кафе на улице Ленивка. Лет так двадцать назад. Даже больше.

И я, частенько, прогуливая уроки, или заходя в 57-ую школу, чтобы встретиться с девочками, с которыми я тогда водил дружбу, на обратном пути заходил в это кафе и покупал себе кофе с корицей и бутерброд с курицей под сыром.

Казалось бы – ничего особенного. На первый взгляд, ничего такого запоминающегося в этой «еде для перекуса» нет. Разве что – она хорошо согревала в холодную погоду, да и то, что это не были чай или водка (для согрева), а кофе и хрустящие гренки,.. в этом было одновременно что-то аристократическое и уютное.

Но то ли это просто ощущение по Шалеву, и «добрый ужин остается в памяти навсегда», то ли сочетание всех этих ингредиентов и самой атмосферы этого заведения было очень подходящим к той поре моего московского взросления…

…но «Кафе на Ленивке» вспоминается мне до сих пор как одно из самых прекрасных гастрономических переживаний, когда-либо случившихся со мною.

В Сети описывают это заведение как «семейный кооператив сохранившийся и не изменившийся с 80х-90х годов. Просто машина времени. Очень приветливые хозяева».

Очень хотелось бы, чтобы это было так (хотя – кто знает?). А то общая картина российской столицы, ставшей за прошедшие два десятилетия чище, больше, но и богаче, «гламурнее», немного пугает. В такой ситуации предпочитаешь держаться за подобные «островки в памяти», каким представляется мне сейчас «Кафе на Ленивке».
aklyon: (Default)
К моим винным пристрастиям, о которых можно прочитать, например, вот тут и вот тут, добавилась любовь к сырам.

Пока первые три места занимают следующие наименования:

1) Голландский сыр «Базирон гауда».

2) Датский сыр «Прима-Донна».

В этом блоге советуют сочетать этот сыр с насыщенными винами, вроде «Каберне Совиньон» или «Мерло».

3) И, наконец, безусловный фаворит дегустаций: твердый сыр с периодически встречающимися кристалликами-уплотнениями внутри, датский «Reypenaer V.S.O.P.».

Кроме того, мне надоело выискивать в Сети информацию о хороших израильских винах, поэтому я и купил недавно «Путеводитель по израильским винам» Даниэля Рогова. Один лишь недостаток у этой книги: баллы проставлены каждому вину, а вот цены не указаны — затрудняет поиски финансово-вкусовых компромиссов. Но сам по себе справочник — обширный, полезная книга для всех ценителей израильских вин.

Тут самое место порекомендовать и блог одной моей френдессы, [livejournal.com profile] tashamiller. Помимо прочих достоинств, в нем можно встретить описания различных израильских и заграничных вин. Насколько я понимаю, мы с ней любим один и тот же винный магазинчик «Шахар», что в иерусалимском районе Рамат-бейт-ха-керем.

Полагаю, что на очереди, после винных и сырных дегустаций — описание моих кофейных пристрастий. После того, как я поругался с продавцом «русского» магазина «Лагуна» в Иерусалиме и громко, на все помещение, заявил, что никогда ничего больше у них не куплю, источником черного кофе в доме вот уже где-то полгода служит мне отличный магазинчик «Има адама» («Мать-земля»), что в торговом центре в Кирьят-Йовеле.
aklyon: (Default)
К моим винным пристрастиям, о которых можно прочитать, например, вот тут и вот тут, добавилась любовь к сырам.

Пока первые три места занимают следующие наименования:

1) Голландский сыр «Базирон гауда».

2) Датский сыр «Прима-Донна».

В этом блоге советуют сочетать этот сыр с насыщенными винами, вроде «Каберне Совиньон» или «Мерло».

3) И, наконец, безусловный фаворит дегустаций: твердый сыр с периодически встречающимися кристалликами-уплотнениями внутри, датский «Reypenaer V.S.O.P.».

Кроме того, мне надоело выискивать в Сети информацию о хороших израильских винах, поэтому я и купил недавно «Путеводитель по израильским винам» Даниэля Рогова. Один лишь недостаток у этой книги: баллы проставлены каждому вину, а вот цены не указаны — затрудняет поиски финансово-вкусовых компромиссов. Но сам по себе справочник — обширный, полезная книга для всех ценителей израильских вин.

Тут самое место порекомендовать и блог одной моей френдессы, [livejournal.com profile] tashamiller. Помимо прочих достоинств, в нем можно встретить описания различных израильских и заграничных вин. Насколько я понимаю, мы с ней любим один и тот же винный магазинчик «Шахар», что в иерусалимском районе Рамат-бейт-ха-керем.

Полагаю, что на очереди, после винных и сырных дегустаций — описание моих кофейных пристрастий. После того, как я поругался с продавцом «русского» магазина «Лагуна» в Иерусалиме и громко, на все помещение, заявил, что никогда ничего больше у них не куплю, источником черного кофе в доме вот уже где-то полгода служит мне отличный магазинчик «Има адама» («Мать-земля»), что в торговом центре в Кирьят-Йовеле.
aklyon: (Default)
Где-то сразу после тридцати мне по-настоящему захотелось завести семью.

Примерно тогда же я открыл для себя удивительного, афористичного автора – Меира Шалева, про которого я много пишу в последнее время.

Это у него я встретил размышление (и как раз сегодня переписывал его для нашей пьесы) о том, что ты сам решаешь – где будет начало какого-либо события. Скажем, ты можешь пойти в магазин и купить своей невесте свадебное платье. А можешь – посадить дерево, вырастить на нем шелковичных червей, сам вытащить из них шелковые нити, и сам сплести материю, и сам скроить, и сам сшить.

Наверное, мне еще предстоит посадить дерево, чтобы в конце самому сшить для своей невесты свадебное платье.

Пока же, понимая, что «завести семью» – это также означает, среди прочего, по разным причинам, и «быть в большей доступности для окружающих», понимая это, я практически не сопротивлялся этому подарку на Новый год…

Теперь у меня впервые в жизни появился свой мобильный телефон.

А вдруг мне не нужно будет сажать дерево, семья появится вслед за мобильником?

И второй вопрос, или, скорее, недоумение: у меня за плечами курс веб-дизайна, сертификат от «Майкрософта», знание HTML, JAVA, ASP и еще что-то там, забыл что…

Так почему же я вот уже второй вечер подряд верчу в руках черненький хорошенький Samsung и не могу понять – как в него добавить новый «контакт»: имя плюс номер – пока у меня добавляется либо только имя, либо только номер?

Самому смешно.

Есть где-нибудь пособие: «Освоение мобильных телефонов для чайников»?
aklyon: (Default)
Года два назад у нас покосилась оконная рама в салоне. Вся конструкция была деревянной, одинарной, громоздкой, метра три в длину. Два массивных окна, некогда свободно ездивших из стороны в сторону, застряли на своих местах, теперь их с трудом можно было закрыть на зиму, и даже когда это удавалось, все равно оставалась щель. Вдобавок, с каждым месяцем зазор немного расширялся, сначала не очень ощутимо, но через год стало видно: окно просело вниз на несколько сантиметров. Оконная стена стала напоминать Пизанскую башню, иногда к ней присоединялись и другие восставшие части дома: сливной бачок, например – его пришлось тут же закрепить, опасаясь наводнения в туалете.

Мы живем на пятом этаже, и я, кажется, самый спокойный из всех жильцов этого дома, стал все реже подходить к окну и все с меньшей охотой закрывать окна на зиму, оправдывая это количеством свежего, насыщенного озоном, зимнего воздуха, врывающегося к нам через щель.

Но все остальные квартиранты отнеслись к произошедшему гораздо серьезнее и стали рассказывать мне всякие ужасы. И с каждым днем картина, описываемая ими, становилась все безнадежнее.

В один прекрасный день, говорили они, тяжелое окно упадет на стайку детей, проходящих внизу (мы живем напротив школы), и в одно мгновение убьет их всех! Или когда-нибудь, в один морозный зимний день, температура воздуха упадет настолько, что ледяной ветер проникнет сквозь оконный зазор и убьет нас! Но если этого не случится, и мы не умрем от холода, то все равно: многокилограммовая конструкция будет давить и давить на стену, и в один прекрасный момент стена не выдержит и рухнет, увлекая за собой все здание, и мы все погибнем под обломками! И никто не придет нам на помощь: ведь все наши знакомые уже давно в ужасе бежали от нас, стоило им только один раз взглянуть на это жуткое окно, грозящее неминуемой гибелью.

Все наши друзья спаслись бегством из смертельной квартиры, а вскоре и сами немногочисленные квартиранты засобирались в путь – в Польшу, в Индию, куда подальше от щели, неукротимо продолжающей расширяться.

Сначала в бездну свалился стул,
потом – упала кровать,
потом – мой стол. Я его столкнул
сам. Не хочу скрывать.
Потом – учебник «Родная речь»,
фото, где вся семья.
Потом четыре стены и печь.
Остались пальто и я.
(И. Бродский)


В моем случае это было окно. Итак, остались «окно и я».

Но вот настал один прекрасный нежаркий осенний день, и пришли мастеровые.

И в воздухе запахло древесной стружкой от распиливаемого дерева и озоном, ворвавшимся в зияющий оконный проход.

И восходящее солнце осветило алюминиевые панели новых оконных рамок (это окно выходит у нас на восток). И рабочие увеличили его на целых двадцать сантиметров в высоту. И в салоне стало светлее, новее, современнее…

Теперь осталось ждать возвращения всех уехавших, разбежавшихся, в ужасе разлетевшихся по всему свету прочь от этой квартиры. Во всяком случае, лучших из них: худшие могут не возвращаться, дабы я не сбросил на них в порыве ярости новые оконные рамы (хотя теперь, конечно, сделать это будет немного труднее).

Вернутся ли они? Будет ли им достойная замена среди новых гостей нашего дома? Означает ли замена того, старого, окна, от которого веяло ветхостью, разрухой, смертью, на новое, праздничное, современное, просторное… – означает ли эта замена и начало какой-то новой жизни?

Поживу-увижу.

Помните мою ассоциацию с Пизанской башней в начале этого поста? Вот вам «Лифт-1» из мастерской Александра Татарского: побывайте на втором этаже и обязательно потом загляните на третий.


aklyon: (Default)
Года два назад у нас покосилась оконная рама в салоне. Вся конструкция была деревянной, одинарной, громоздкой, метра три в длину. Два массивных окна, некогда свободно ездивших из стороны в сторону, застряли на своих местах, теперь их с трудом можно было закрыть на зиму, и даже когда это удавалось, все равно оставалась щель. Вдобавок, с каждым месяцем зазор немного расширялся, сначала не очень ощутимо, но через год стало видно: окно просело вниз на несколько сантиметров. Оконная стена стала напоминать Пизанскую башню, иногда к ней присоединялись и другие восставшие части дома: сливной бачок, например – его пришлось тут же закрепить, опасаясь наводнения в туалете.

Мы живем на пятом этаже, и я, кажется, самый спокойный из всех жильцов этого дома, стал все реже подходить к окну и все с меньшей охотой закрывать окна на зиму, оправдывая это количеством свежего, насыщенного озоном, зимнего воздуха, врывающегося к нам через щель.

Но все остальные квартиранты отнеслись к произошедшему гораздо серьезнее и стали рассказывать мне всякие ужасы. И с каждым днем картина, описываемая ими, становилась все безнадежнее.

В один прекрасный день, говорили они, тяжелое окно упадет на стайку детей, проходящих внизу (мы живем напротив школы), и в одно мгновение убьет их всех! Или когда-нибудь, в один морозный зимний день, температура воздуха упадет настолько, что ледяной ветер проникнет сквозь оконный зазор и убьет нас! Но если этого не случится, и мы не умрем от холода, то все равно: многокилограммовая конструкция будет давить и давить на стену, и в один прекрасный момент стена не выдержит и рухнет, увлекая за собой все здание, и мы все погибнем под обломками! И никто не придет нам на помощь: ведь все наши знакомые уже давно в ужасе бежали от нас, стоило им только один раз взглянуть на это жуткое окно, грозящее неминуемой гибелью.

Все наши друзья спаслись бегством из смертельной квартиры, а вскоре и сами немногочисленные квартиранты засобирались в путь – в Польшу, в Индию, куда подальше от щели, неукротимо продолжающей расширяться.

Сначала в бездну свалился стул,
потом – упала кровать,
потом – мой стол. Я его столкнул
сам. Не хочу скрывать.
Потом – учебник «Родная речь»,
фото, где вся семья.
Потом четыре стены и печь.
Остались пальто и я.
(И. Бродский)


В моем случае это было окно. Итак, остались «окно и я».

Но вот настал один прекрасный нежаркий осенний день, и пришли мастеровые.

И в воздухе запахло древесной стружкой от распиливаемого дерева и озоном, ворвавшимся в зияющий оконный проход.

И восходящее солнце осветило алюминиевые панели новых оконных рамок (это окно выходит у нас на восток). И рабочие увеличили его на целых двадцать сантиметров в высоту. И в салоне стало светлее, новее, современнее…

Теперь осталось ждать возвращения всех уехавших, разбежавшихся, в ужасе разлетевшихся по всему свету прочь от этой квартиры. Во всяком случае, лучших из них: худшие могут не возвращаться, дабы я не сбросил на них в порыве ярости новые оконные рамы (хотя теперь, конечно, сделать это будет немного труднее).

Вернутся ли они? Будет ли им достойная замена среди новых гостей нашего дома? Означает ли замена того, старого, окна, от которого веяло ветхостью, разрухой, смертью, на новое, праздничное, современное, просторное… – означает ли эта замена и начало какой-то новой жизни?

Поживу-увижу.

Помните мою ассоциацию с Пизанской башней в начале этого поста? Вот вам «Лифт-1» из мастерской Александра Татарского: побывайте на втором этаже и обязательно потом загляните на третий.


aklyon: (Default)
Хотелось бы сделать следующий шаг в фотографии и перейти с мыльницы на что-то более продвинутое.

Где-то во френдленте хвалили «Canon G-11», я пока присматриваюсь. Может быть кто-нибудь посоветует что-нибудь подобное, но более дешевое, скажем (тот-то стоит начиная от 2500 шекелей). Ну, и вообще – любой совет приветствуется. Заранее спасибо.

Вспомнился феерический опус «Пятнадцать месяцев из жизни фотоэнтузиаста». Стало быть, я пока еще где-то в январе.
aklyon: (Default)
Хотелось бы сделать следующий шаг в фотографии и перейти с мыльницы на что-то более продвинутое.

Где-то во френдленте хвалили «Canon G-11», я пока присматриваюсь. Может быть кто-нибудь посоветует что-нибудь подобное, но более дешевое, скажем (тот-то стоит начиная от 2500 шекелей). Ну, и вообще – любой совет приветствуется. Заранее спасибо.

Вспомнился феерический опус «Пятнадцать месяцев из жизни фотоэнтузиаста». Стало быть, я пока еще где-то в январе.
aklyon: (Clown)
Как же мне, любителю Бродского, было не зайти в Венеции в ресторан «Флориан», что на площади Сан Марко, как же не оставить там приличную сумму?

Официант средних лет в белом костюме (я сразу же представил себе, как он пожимал руку Иосифу Александровичу) принес мне меню, предупредив, что в счет будет включена отдельно и плата за оркестр: его можно было послушать сквозь ресторанное окно.

Отдельно, так отдельно. Не помню точно, что я заказал – какое-то мясное блюдо и салат. Не это важно для моего рассказа. А важно вот что: прежде всего, в изящном металлическом обрамлении, мне подали приправы.

«Aceto balsamico di Modena» – было написано на одной из скляночек.

Как же мне в таком ресторане и не попробовать соус «заморский» с таким названием? – продолжил я ход своих мыслей. И слегка полил этим соусом салат.

Нет, скляночку с этой приправой я в тот день не закончил. Но, пожалуй, был близок к этому. Я обильно поливал ею салат, потом попробовал полить ею мясо (не то!), потом, израсходовав весь принесенный мне хлеб, я вылизал ее остатки с салатной тарелки… И тут я понял, что, так сказать, «подсел».

С тех пор, заказывая в итальянских ресторанах салаты, я неизменно поливал их этим «бальзамическим уксусом» в каких-то неимоверных количествах. У меня обветрились губы. Я думал – от ветра. А вот и нет, не от ветра, а от злоупотребления уксусом. Мне приходилось смазывать их по вечерам кремом «Нивея», другого смягчающего средства под рукой не было.

Но я готов был идти на эти жертвы. А потом и организм привык, губы перестали обветриваться. Возникло ощущение: я могу пить этот уксус стаканами, заедая его маленькими порциями салата. Хотя, вроде, должно было быть наоборот.

В последний день я купил бутылочку этого уксуса бальзамического в подарок друзьям. На самом деле, как выяснилось потом, мог бы и не покупать – он у нас продается тоже.

Вот уже две недели подряд я балую себя им. Думаю, можно смело записывать его в «кулинарные открытия» прошедшего года.

Я плохо разбираюсь в кулинарии. Я, например, с тоскою смотрю на эту темную лужицу, остающуюся каждый раз в тарелке после съедения салата и думаю: как бы использовать вторично эту драгоценную жидкость, помимо банального собирания хлебным мякишем? Хоть обратно в бутылку вливать, честное слово.

Скажу честно, я пока не дошел до дегустации благородных сортов этой приправы – я пока лишь читаю, облизываясь, о них вот здесь. Что ж, может быть, когда-нибудь доберусь и до них.

В общем – две практических цели у этого поста: во-первых, вдруг вы не знали об этом кулинарном чуде? Попробуйте, он такой кисленький слегка. Вдруг вам понравится так же, как и мне.

И, во-вторых, если у кого-нибудь из моих френдов есть идеи о более широком использовании этого ингредиента – я с удовольствием прислушаюсь к их опыту в этой области.

aklyon: (Clown)
Как же мне, любителю Бродского, было не зайти в Венеции в ресторан «Флориан», что на площади Сан Марко, как же не оставить там приличную сумму?

Официант средних лет в белом костюме (я сразу же представил себе, как он пожимал руку Иосифу Александровичу) принес мне меню, предупредив, что в счет будет включена отдельно и плата за оркестр: его можно было послушать сквозь ресторанное окно.

Отдельно, так отдельно. Не помню точно, что я заказал – какое-то мясное блюдо и салат. Не это важно для моего рассказа. А важно вот что: прежде всего, в изящном металлическом обрамлении, мне подали приправы.

«Aceto balsamico di Modena» – было написано на одной из скляночек.

Как же мне в таком ресторане и не попробовать соус «заморский» с таким названием? – продолжил я ход своих мыслей. И слегка полил этим соусом салат.

Нет, скляночку с этой приправой я в тот день не закончил. Но, пожалуй, был близок к этому. Я обильно поливал ею салат, потом попробовал полить ею мясо (не то!), потом, израсходовав весь принесенный мне хлеб, я вылизал ее остатки с салатной тарелки… И тут я понял, что, так сказать, «подсел».

С тех пор, заказывая в итальянских ресторанах салаты, я неизменно поливал их этим «бальзамическим уксусом» в каких-то неимоверных количествах. У меня обветрились губы. Я думал – от ветра. А вот и нет, не от ветра, а от злоупотребления уксусом. Мне приходилось смазывать их по вечерам кремом «Нивея», другого смягчающего средства под рукой не было.

Но я готов был идти на эти жертвы. А потом и организм привык, губы перестали обветриваться. Возникло ощущение: я могу пить этот уксус стаканами, заедая его маленькими порциями салата. Хотя, вроде, должно было быть наоборот.

В последний день я купил бутылочку этого уксуса бальзамического в подарок друзьям. На самом деле, как выяснилось потом, мог бы и не покупать – он у нас продается тоже.

Вот уже две недели подряд я балую себя им. Думаю, можно смело записывать его в «кулинарные открытия» прошедшего года.

Я плохо разбираюсь в кулинарии. Я, например, с тоскою смотрю на эту темную лужицу, остающуюся каждый раз в тарелке после съедения салата и думаю: как бы использовать вторично эту драгоценную жидкость, помимо банального собирания хлебным мякишем? Хоть обратно в бутылку вливать, честное слово.

Скажу честно, я пока не дошел до дегустации благородных сортов этой приправы – я пока лишь читаю, облизываясь, о них вот здесь. Что ж, может быть, когда-нибудь доберусь и до них.

В общем – две практических цели у этого поста: во-первых, вдруг вы не знали об этом кулинарном чуде? Попробуйте, он такой кисленький слегка. Вдруг вам понравится так же, как и мне.

И, во-вторых, если у кого-нибудь из моих френдов есть идеи о более широком использовании этого ингредиента – я с удовольствием прислушаюсь к их опыту в этой области.

aklyon: (rabbi)
В глухих лугах его остановлю.
Нарву цветов. И подарю букет
Той девушке, которую люблю.


...пел мне дурным голосом в четверг, перед прогоном Бродского, Фимка Риненберг. А я удивлялся очередному совпадению: ведь я сам прокручивал себе в голове эту песню несколькими часами раньше.

Пока вот тут начинают ненавидеть Тель-Авив (где ж они раньше-то были, ха-ха?), я продолжаю нежно любить Иерусалим.

Ибо вечерний велосипедный променад в темном Иерусалимском лесу сродни ночному купанию голышом. Особенно, если велосипеда не держал в руках семнадцать лет.

За двадцать минут темной лесной дороги (ехал я без фар!) мимо меня проехали две машины: водитель второй спросил меня, не попадался ли мне ночной прохожий. Кто-то заблудился в ночном лесу, его ищут.

В общем, теперь у меня есть велосипед.

Почему-то вспомнил свой смертельный детский испуг: было мне лет шесть, наверное. Дедушка лечил сердце игрой в теннис, я был при нем на корте. В какой-то момент мне надоело следить за его игрой, я отправился исследовать окрестности. Зайдя за тренерскую будку, я обнаружил дивной красоты спортивный велосипед, прислоненный к стене.

Я приблизился к нему и всего лишь дотронулся до него.

Из глубины будки вышел тренер. Он увидел меня, вложил в рот свисток. И засвистел.

И кровь застыла в моих детских жилах.

Я не прирос к земле и не кинулся бежать. Я стал как-то пятиться.

Это было очень страшно.

В очередной раз хочется сказать: взрослые, знайте! дети помнят все.
aklyon: (rabbi)
В глухих лугах его остановлю.
Нарву цветов. И подарю букет
Той девушке, которую люблю.


...пел мне дурным голосом в четверг, перед прогоном Бродского, Фимка Риненберг. А я удивлялся очередному совпадению: ведь я сам прокручивал себе в голове эту песню несколькими часами раньше.

Пока вот тут начинают ненавидеть Тель-Авив (где ж они раньше-то были, ха-ха?), я продолжаю нежно любить Иерусалим.

Ибо вечерний велосипедный променад в темном Иерусалимском лесу сродни ночному купанию голышом. Особенно, если велосипеда не держал в руках семнадцать лет.

За двадцать минут темной лесной дороги (ехал я без фар!) мимо меня проехали две машины: водитель второй спросил меня, не попадался ли мне ночной прохожий. Кто-то заблудился в ночном лесу, его ищут.

В общем, теперь у меня есть велосипед.

Почему-то вспомнил свой смертельный детский испуг: было мне лет шесть, наверное. Дедушка лечил сердце игрой в теннис, я был при нем на корте. В какой-то момент мне надоело следить за его игрой, я отправился исследовать окрестности. Зайдя за тренерскую будку, я обнаружил дивной красоты спортивный велосипед, прислоненный к стене.

Я приблизился к нему и всего лишь дотронулся до него.

Из глубины будки вышел тренер. Он увидел меня, вложил в рот свисток. И засвистел.

И кровь застыла в моих детских жилах.

Я не прирос к земле и не кинулся бежать. Я стал как-то пятиться.

Это было очень страшно.

В очередной раз хочется сказать: взрослые, знайте! дети помнят все.
aklyon: (Helm)
Последствия покупки вот этого.

Все, что нужно сделать, – это взять щепотку земли и залить ее водой (Впрочем, если вы брезгливы, можно углубиться в лес, чтобы максимально отдалиться от общественных туалетов домашних животных. Я лично набрал земли из под кустов возле своего дома). Несмотря на то, что население этого диковинного города оживает мгновенно и сразу отправляется по своим делам, лучше всего подождать дня три. Набрать в пипетку капельку воды с землей и перенести ее на предметное стеклышко микроскопа. И вот тогда вашему глазу откроется удивительная картина.

Взад-вперед, пересекая всю поверхность капельки, носятся маленькие шарики. Переворачиваясь вокруг своей оси, вышивая причудливые узоры по воде, плывет некто размером побольше. Тычась в разные стороны, сбиваясь со своей первоначальной траектории, движется что-то совсем большое. Ну, как – большое: миллиметр в длину, не более. В земляном домике такой же длины прозрачный червячок. Работает: один земляной камешек от себя, извиваясь, отдалит, другой – приблизит.

Вообще, они все чрезвычайно интенсивно работают. Одни, правда, устроились на более престижную работу: сидят в офисах или работают из дома. Другим же, чтобы прокормить семью себя, нужно день-деньской носиться взад-вперед. Все, как в жизни.

Все это действительно похоже на вид какого-нибудь города с высоты птичьего полета. Примерно такое же ощущение испытываешь, когда самолет начинает снижаться, и уже становятся различимы машины, снующие туда-сюда, люди...

Но загадочна и таинственна жизнь моего маленького города. Никакой информации о его жителях в Сети я лично не нашел. Много рассказывается о гораздо более крупных представителях лугового микрокосмоса (ставших героями вот этого удивительного фильма), много – о всяких бактериях, участвующих в процессах гниения и зарождения новой жизни.

Но ведь жители моего городка тоже участвуют в каких-нибудь таких процессах. Мне, правда, совсем непонятных. И оттого, видимо, я еще больше уважаю своих микроскопических жителей.

Если среди моих френдов есть микро- и просто биологи, буду рад любой информации и ссылкам: что это за скоростные шарики и прозрачные червяки, живущие в земле? И что это все они делают? Обидно будет, если мои маленькие жители действительно не интересуют ученый мир, занятый либо совсем крупными объектами, либо теми трудягами, увидеть которых можно, лишь увеличив их в десятки тысяч раз.
aklyon: (Helm)
Последствия покупки вот этого.

Все, что нужно сделать, – это взять щепотку земли и залить ее водой (Впрочем, если вы брезгливы, можно углубиться в лес, чтобы максимально отдалиться от общественных туалетов домашних животных. Я лично набрал земли из под кустов возле своего дома). Несмотря на то, что население этого диковинного города оживает мгновенно и сразу отправляется по своим делам, лучше всего подождать дня три. Набрать в пипетку капельку воды с землей и перенести ее на предметное стеклышко микроскопа. И вот тогда вашему глазу откроется удивительная картина.

Взад-вперед, пересекая всю поверхность капельки, носятся маленькие шарики. Переворачиваясь вокруг своей оси, вышивая причудливые узоры по воде, плывет некто размером побольше. Тычась в разные стороны, сбиваясь со своей первоначальной траектории, движется что-то совсем большое. Ну, как – большое: миллиметр в длину, не более. В земляном домике такой же длины прозрачный червячок. Работает: один земляной камешек от себя, извиваясь, отдалит, другой – приблизит.

Вообще, они все чрезвычайно интенсивно работают. Одни, правда, устроились на более престижную работу: сидят в офисах или работают из дома. Другим же, чтобы прокормить семью себя, нужно день-деньской носиться взад-вперед. Все, как в жизни.

Все это действительно похоже на вид какого-нибудь города с высоты птичьего полета. Примерно такое же ощущение испытываешь, когда самолет начинает снижаться, и уже становятся различимы машины, снующие туда-сюда, люди...

Но загадочна и таинственна жизнь моего маленького города. Никакой информации о его жителях в Сети я лично не нашел. Много рассказывается о гораздо более крупных представителях лугового микрокосмоса (ставших героями вот этого удивительного фильма), много – о всяких бактериях, участвующих в процессах гниения и зарождения новой жизни.

Но ведь жители моего городка тоже участвуют в каких-нибудь таких процессах. Мне, правда, совсем непонятных. И оттого, видимо, я еще больше уважаю своих микроскопических жителей.

Если среди моих френдов есть микро- и просто биологи, буду рад любой информации и ссылкам: что это за скоростные шарики и прозрачные червяки, живущие в земле? И что это все они делают? Обидно будет, если мои маленькие жители действительно не интересуют ученый мир, занятый либо совсем крупными объектами, либо теми трудягами, увидеть которых можно, лишь увеличив их в десятки тысяч раз.
aklyon: (Helm)
В пятом классе меня травили старшеклассники. Они не давали мне проходу на переменках, запирали в «женский тубзик», поджидали по дороге из школы… Желая утешить и ободрить меня, моя мама…

Думаете, она записала меня в секцию дзюдо, и уже через три месяца я, на виду у всей школы и самой красивой девочки класса, бросал своих обидчиков через бедро, заламывал им руки, и они, жалкие и несчастные, просили пощады? Не угадали.

Думаете, она купила мне боксерскую грушу, и уже через два месяца интенсивных тренировок я, на виду у всей школы и самой красивой девочки класса, посылал своих мучителей в нок-аут тщательно отработанным хуком слева? Тоже не угадали.

Желая подбодрить меня, моя мама купила мне…

Что же купила мне мама? )

February 2014

S M T W T F S
      1
2345678
910 1112131415
16171819202122
232425262728 

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 03:06 am
Powered by Dreamwidth Studios