aklyon: (Default)
Два раза в день залетает к нам бюльбюль сладкоголосый полакомиться веревкой бельевой. Мы ему положили на веревку хлебца душистого, а он его проигнорировал.

А мой русский язык обогатился еще одним диковинным названием: «бюльбюль» (здесь или здесь).

Теперь наш балкон – средоточие каких-то странных иностранных понятий: в пробках неторопливо растут суккуленты, мелодичные бюльбюли прилетают обрывать нашу бельевую веревку.

Какие еще лингвистические открытия готовит нам израильская флора и фауна?


aklyon: (Default)
После того, как прямо перед твоим носом улицу пересекает, один за другим, парочка дикобразов, как-то по-другому начинаешь смотреть на всю остальную живность родного иерусалимского района Бейт-а-керем. Уже не спешишь умиляться многочисленным ежикам: какие там ежики? Я вот сейчас только что дикобразов видел, вот это да!

У нас дома на книжной полке долго лежали две дикобразьи иголки. Принесенные [livejournal.com profile] mea_orkом и [livejournal.com profile] spluszkaой, они служили доказательством существования этих, почти мифических животных в наших краях.

И вот сегодня я убедился в их существовании воочию.
aklyon: (Default)
После того, как прямо перед твоим носом улицу пересекает, один за другим, парочка дикобразов, как-то по-другому начинаешь смотреть на всю остальную живность родного иерусалимского района Бейт-а-керем. Уже не спешишь умиляться многочисленным ежикам: какие там ежики? Я вот сейчас только что дикобразов видел, вот это да!

У нас дома на книжной полке долго лежали две дикобразьи иголки. Принесенные [livejournal.com profile] mea_orkом и [livejournal.com profile] spluszkaой, они служили доказательством существования этих, почти мифических животных в наших краях.

И вот сегодня я убедился в их существовании воочию.
aklyon: (Default)
На этот Йом Кипур, как и на прошлый, ни возле могилы Артура Рубинштейна, ни на самом мемориале Кеннеди не было ни души.

За исключением кошки. Той самой, представленной на средней фотографии из вот этого поста.

Кошка эта – явно чья-то, домашняя. Интересно, что сам мемориал находится в километре от ближайшего поселка, на него ведет круговая поднимающаяся дорожка.

Вчера я подъехал туда к пяти вечера и минут двадцать, в полной тишине, общался с кошкой. Тишина иногда нарушалась шуршанием веток, и я говорил кошке: «О, вот и твой очередной ужин полетел».

Наверное, этот эпизод не стоил бы отдельного поста, если бы сегодня, ровно к пяти я бы снова не подъехал бы к мемориалу…

Там было все так же тихо и безлюдно. И так же, как и вчера в это же время, меня ждала там моя знакомая кошка.

Правда, нам довольно скоро помешали: минут через десять моего с ней общения на площадке у мемориала появилась пара с собакой, и моя кошка перестала мурлыкать и залегла в засадной позиции.

В прошлый Йом Кипур на этой моей излюбленной площадке не было ни души, в этот там появилась кошка. Интересно, что ждет меня там в следующий раз?
aklyon: (Default)
На этот Йом Кипур, как и на прошлый, ни возле могилы Артура Рубинштейна, ни на самом мемориале Кеннеди не было ни души.

За исключением кошки. Той самой, представленной на средней фотографии из вот этого поста.

Кошка эта – явно чья-то, домашняя. Интересно, что сам мемориал находится в километре от ближайшего поселка, на него ведет круговая поднимающаяся дорожка.

Вчера я подъехал туда к пяти вечера и минут двадцать, в полной тишине, общался с кошкой. Тишина иногда нарушалась шуршанием веток, и я говорил кошке: «О, вот и твой очередной ужин полетел».

Наверное, этот эпизод не стоил бы отдельного поста, если бы сегодня, ровно к пяти я бы снова не подъехал бы к мемориалу…

Там было все так же тихо и безлюдно. И так же, как и вчера в это же время, меня ждала там моя знакомая кошка.

Правда, нам довольно скоро помешали: минут через десять моего с ней общения на площадке у мемориала появилась пара с собакой, и моя кошка перестала мурлыкать и залегла в засадной позиции.

В прошлый Йом Кипур на этой моей излюбленной площадке не было ни души, в этот там появилась кошка. Интересно, что ждет меня там в следующий раз?
aklyon: (Default)
Фотографии из парка «Утопия»
















А это два прекрасных исполнения «Испанского танца» Энрике Гранадоса (оп. 37, № 2):

Джулиан Брим и Джон Вильямс:



Магда Тальяферо:



Предлагаю вам послушать и посмотреть.
aklyon: (Default)
Фотографии из парка «Утопия»
















А это два прекрасных исполнения «Испанского танца» Энрике Гранадоса (оп. 37, № 2):

Джулиан Брим и Джон Вильямс:



Магда Тальяферо:



Предлагаю вам послушать и посмотреть.
aklyon: (Default)
Гостиница, в которой я жил во Флоренции, оказалась на окраине города. До центра я доходил быстрым шагом за сорок минут (я сознательно решил пренебречь общественным транспортом и относился к этой части времяпрепровождения как к спортивному занятию).

В последний день, погуляв немного по центру и простившись с Флоренцией, я возвращался к себе собирать чемоданы, а попутно размышлял – какой же последний кадр мне удастся сделать.

В доме на противоположной стороне улицы открылось окно, и из него… упала подушка. А вслед за подушкой из окна высунулся вот этот пес и стал глядеть на проезжающие машины.



Его грустный портрет и стал последним кадром моей поездки.

Под катом несколько фотографий «животного мира» Италии.

Италия – животный мир )

Итальянский композитор Доменико Скарлатти написал потрясающую фугу. О ее существовании я узнал сравнительно недавно, прослушав вот этот диск.

Называется эта фуга «кошачьей». Вот она, в исполнении Ноэля Лестера (посвящается всем этим кошечкам, собачкам, чайкам и так далее. А заодно – и всей моей итальянской поездке):



Вот, собственно, и весь мой отчет о поездке в Италии. Как обычно, даю ссылку на все посты: «Италия-2009, впечатления о поездке». Некоторые фотографии не попали на страницы жж, желающие могут ознакомиться со всеми моими итальянскими фотографиями по этому адресу.
aklyon: (Default)
Гостиница, в которой я жил во Флоренции, оказалась на окраине города. До центра я доходил быстрым шагом за сорок минут (я сознательно решил пренебречь общественным транспортом и относился к этой части времяпрепровождения как к спортивному занятию).

В последний день, погуляв немного по центру и простившись с Флоренцией, я возвращался к себе собирать чемоданы, а попутно размышлял – какой же последний кадр мне удастся сделать.

В доме на противоположной стороне улицы открылось окно, и из него… упала подушка. А вслед за подушкой из окна высунулся вот этот пес и стал глядеть на проезжающие машины.



Его грустный портрет и стал последним кадром моей поездки.

Под катом несколько фотографий «животного мира» Италии.

Италия – животный мир )

Итальянский композитор Доменико Скарлатти написал потрясающую фугу. О ее существовании я узнал сравнительно недавно, прослушав вот этот диск.

Называется эта фуга «кошачьей». Вот она, в исполнении Ноэля Лестера (посвящается всем этим кошечкам, собачкам, чайкам и так далее. А заодно – и всей моей итальянской поездке):



Вот, собственно, и весь мой отчет о поездке в Италии. Как обычно, даю ссылку на все посты: «Италия-2009, впечатления о поездке». Некоторые фотографии не попали на страницы жж, желающие могут ознакомиться со всеми моими итальянскими фотографиями по этому адресу.
aklyon: (Default)
С некоторыми взрослыми людьми можно играть. Как с детьми. Или с кошками.

Хозяин фонотеки, в которую я хожу вот уже тринадцатый год, румынский еврей. Зовут его Мики.

«Шалом», – говорю я ему.
«Шалош», – отвечает он мне. В смысле: «Три».
«Ма шломха?», – он меня спрашивает. Как дела, мол?
«Ха-коль бе-сведер», – говорю я ему. «Все в свитере».

Он заядлый кошатник. Я еще застал те времена, когда по фонотеке бегал кролик и хватал за ноги микину помощницу. Теперь помещение навечно оккупировали кошки.

Впрочем, я уже не уверен, что это кошки. Зашел я в прошлый раз вернуть диски и взять новые – толстая рыжая довольная туша развалилась посередине ковра в очень распространенной собачьей позе «почешите_мне_живот». С другим представителем этих котопсов запросто можно целоваться: он обычно сидит в теплом углублении монитора и отвечает на ласки посетителей. Кто сказал, что нельзя приближать лицо к кошкам близко – они воспринимают это как угрозу? Этот – не воспринимает.

Я уже давным-давно не могу ответить на вопрос – за чем же я туда хожу раз в две недели, а то и чаще? Поменять диски и взять новые? Обсудить с Мики пение тенора Юсси Бьорлинга (в лучшем случае), или погоготать с ним над бородатым анекдотом о марокканцах (в чуть менее лучшем)? Пообщаться с музыкальными котами? А может просто – резко поднять себе настроение?

За эти двенадцать лет чего только не было. Неизменным оставался лишь набор приветствий, анекдотов и общения с кошками. Да и, пожалуй, золотая бижутерия на самом Мики с годами не меняется.

С ним действительно можно играть. Причем – это игра двух взрослых людей. И игра эта никогда не надоедает обоим.

Я всего лишь звоню продлить абонемент на диски. А он мне в ответ по телефону: я очень на тебя сердит, Артур. Ты мне из Риги привез диск Инессы Галанте. Так вот: я только его теперь и завожу. И уже клиенты сердятся: сколько можно слушать один и тот же божественный голос?! Совершенно невозможно теперь работать с таким твоим отношением ко мне!

Мики, можно попросить либретто к дискам? Можно, только это будет стоить десять долларов. Мики, ты непрактичен, тебе нужно требовать оплаты в евро – курс повыгоднее.

Я был одним из первых посетителей этой фонотеки. Уже большая часть дисков переслушана, а многие и переписаны: Мики слишком медленно пополняет запасы своей фонотеки. Но если я и переслушаю весь интересующий меня репертуар, я все равно буду туда ходить: пообщаться с Мики, поиграть с кошками, просто – резко улучшить себе настроение.

Кстати, кого интересует – могу дать координаты. Там действительно неплохой выбор всех основных музыкальных направлений: от классики, до чуть ли не транса. Есть замечательный джаз и поп- и рок-классика.

Под катом фотография хозяина фонотеки и истинного хозяина положения. Со временем надеюсь сфотографировать остальных хозяев этого замечательного места в их классических позах.

Мики и кот )
aklyon: (Default)
С некоторыми взрослыми людьми можно играть. Как с детьми. Или с кошками.

Хозяин фонотеки, в которую я хожу вот уже тринадцатый год, румынский еврей. Зовут его Мики.

«Шалом», – говорю я ему.
«Шалош», – отвечает он мне. В смысле: «Три».
«Ма шломха?», – он меня спрашивает. Как дела, мол?
«Ха-коль бе-сведер», – говорю я ему. «Все в свитере».

Он заядлый кошатник. Я еще застал те времена, когда по фонотеке бегал кролик и хватал за ноги микину помощницу. Теперь помещение навечно оккупировали кошки.

Впрочем, я уже не уверен, что это кошки. Зашел я в прошлый раз вернуть диски и взять новые – толстая рыжая довольная туша развалилась посередине ковра в очень распространенной собачьей позе «почешите_мне_живот». С другим представителем этих котопсов запросто можно целоваться: он обычно сидит в теплом углублении монитора и отвечает на ласки посетителей. Кто сказал, что нельзя приближать лицо к кошкам близко – они воспринимают это как угрозу? Этот – не воспринимает.

Я уже давным-давно не могу ответить на вопрос – за чем же я туда хожу раз в две недели, а то и чаще? Поменять диски и взять новые? Обсудить с Мики пение тенора Юсси Бьорлинга (в лучшем случае), или погоготать с ним над бородатым анекдотом о марокканцах (в чуть менее лучшем)? Пообщаться с музыкальными котами? А может просто – резко поднять себе настроение?

За эти двенадцать лет чего только не было. Неизменным оставался лишь набор приветствий, анекдотов и общения с кошками. Да и, пожалуй, золотая бижутерия на самом Мики с годами не меняется.

С ним действительно можно играть. Причем – это игра двух взрослых людей. И игра эта никогда не надоедает обоим.

Я всего лишь звоню продлить абонемент на диски. А он мне в ответ по телефону: я очень на тебя сердит, Артур. Ты мне из Риги привез диск Инессы Галанте. Так вот: я только его теперь и завожу. И уже клиенты сердятся: сколько можно слушать один и тот же божественный голос?! Совершенно невозможно теперь работать с таким твоим отношением ко мне!

Мики, можно попросить либретто к дискам? Можно, только это будет стоить десять долларов. Мики, ты непрактичен, тебе нужно требовать оплаты в евро – курс повыгоднее.

Я был одним из первых посетителей этой фонотеки. Уже большая часть дисков переслушана, а многие и переписаны: Мики слишком медленно пополняет запасы своей фонотеки. Но если я и переслушаю весь интересующий меня репертуар, я все равно буду туда ходить: пообщаться с Мики, поиграть с кошками, просто – резко улучшить себе настроение.

Кстати, кого интересует – могу дать координаты. Там действительно неплохой выбор всех основных музыкальных направлений: от классики, до чуть ли не транса. Есть замечательный джаз и поп- и рок-классика.

Под катом фотография хозяина фонотеки и истинного хозяина положения. Со временем надеюсь сфотографировать остальных хозяев этого замечательного места в их классических позах.

Мики и кот )
aklyon: (Default)
…а также Стокгольм

В этой поездке родились у меня несколько посвящений разным людям, так или иначе повлиявшим на меня.

Эту серию фотографий я посвящаю замечательной [livejournal.com profile] masha_shapiro. Она навела меня на мысль подружиться с уличной живностью. Вы, наверное, не видели еще ее чудесной белки – смотрите скорее. Равно как и все ее остальные фотографии.

С такой белкой мне встретиться не удалось. Зато было много разных птиц: чаек, ворон, лебедей… Вот вам, например, стокгольмский:



The Conference of The Birds )

Продолжение посвящений, фотографий и рассказов следует.
aklyon: (Default)
…а также Стокгольм

В этой поездке родились у меня несколько посвящений разным людям, так или иначе повлиявшим на меня.

Эту серию фотографий я посвящаю замечательной [livejournal.com profile] masha_shapiro. Она навела меня на мысль подружиться с уличной живностью. Вы, наверное, не видели еще ее чудесной белки – смотрите скорее. Равно как и все ее остальные фотографии.

С такой белкой мне встретиться не удалось. Зато было много разных птиц: чаек, ворон, лебедей… Вот вам, например, стокгольмский:



The Conference of The Birds )

Продолжение посвящений, фотографий и рассказов следует.
aklyon: (Default)
Стоило минут пятнадцать посидеть на скамейке в тени дерева – и сколько же всего произошло за эти пятнадцать минут.

Вот прошла мимо меня девушка в голубом сарафане и в босоножках. У дерева она остановилась, сбросила босоножку и пальцами правой босой ноги почесала щиколотку левой. И пошла себе дальше.

А вот протопала расхлябанной походкой другая – полная противоположность первой: с раскрытой сумкой, можно сказать, громыхая всем телом. А девушка при этом молодая.

А вот на ветку дерева взлетела сойка с добычей в клюве. Несколько минут назад она кормила детеныша – сойку поменьше. Сама проголодалась, да и корм закончился.

И вот новая добыча – улитка. Раз! и в клюве у сойки повисло и закачалось то, что раньше было улиткой в раковине, а теперь стало просто толстым червяком. Впрочем, чтобы заглотнуть этот деликатес, нашей хищнице понадобились три движения клювом – и каждый раз на землю падали прозрачные капли улиткиной крови.

Сойки, надо сказать, очень красивые птицы. Чего стоит одно только сочетание голубого и черного пера на боку!
aklyon: (Default)
Стоило минут пятнадцать посидеть на скамейке в тени дерева – и сколько же всего произошло за эти пятнадцать минут.

Вот прошла мимо меня девушка в голубом сарафане и в босоножках. У дерева она остановилась, сбросила босоножку и пальцами правой босой ноги почесала щиколотку левой. И пошла себе дальше.

А вот протопала расхлябанной походкой другая – полная противоположность первой: с раскрытой сумкой, можно сказать, громыхая всем телом. А девушка при этом молодая.

А вот на ветку дерева взлетела сойка с добычей в клюве. Несколько минут назад она кормила детеныша – сойку поменьше. Сама проголодалась, да и корм закончился.

И вот новая добыча – улитка. Раз! и в клюве у сойки повисло и закачалось то, что раньше было улиткой в раковине, а теперь стало просто толстым червяком. Впрочем, чтобы заглотнуть этот деликатес, нашей хищнице понадобились три движения клювом – и каждый раз на землю падали прозрачные капли улиткиной крови.

Сойки, надо сказать, очень красивые птицы. Чего стоит одно только сочетание голубого и черного пера на боку!
aklyon: (Default)
Залетела к нам однажды за кухонное окно голубица с прутиком в клюве. Прутик положила и улетела. Потом вернулась с другим прутиком. Перетаскала прутики, свила гнездо, уселась высиживать яйца.

Ее молчаливый сосредоточенный вид за окном очень успокаивал. Ее можно было окликнуть, ей можно было пожаловаться на житейские тяготы, рассказать – что произошло за день, пошутить. Она все выслушивала молча, деловито.



С тех пор прошло месяца полтора )

Последний апдейт: загадка о яйцах и голубях )
aklyon: (Default)
Залетела к нам однажды за кухонное окно голубица с прутиком в клюве. Прутик положила и улетела. Потом вернулась с другим прутиком. Перетаскала прутики, свила гнездо, уселась высиживать яйца.

Ее молчаливый сосредоточенный вид за окном очень успокаивал. Ее можно было окликнуть, ей можно было пожаловаться на житейские тяготы, рассказать – что произошло за день, пошутить. Она все выслушивала молча, деловито.



С тех пор прошло месяца полтора )

Последний апдейт: загадка о яйцах и голубях )
aklyon: (Default)
К моей маме и ее мужу в Аделаиду приехал знакомый. Они водили его по всяким достопримечательностям. Повели в маленький аделаидский зоопарк.

В птичьем отделении они обратили внимание на одного попугая, сидящего поодаль от других птиц. Увидев их компанию, он вдруг закричал им: «Хеллоу! Хеллоу!». Они подошли поближе. И попугай к ним потянулся. Тянулся и кричал: «Хеллоу! Хеллоу!». Мама протянула ему руку, он пропрыгал по ветке за маминой рукой. Ее муж попытался его чем-то подкормить, но попугай только покосился на еду, видно было, что она его не очень заинтересовала. Периодически он грустно кричал «Хеллоу!».

Потом мама, ее муж и их знакомый ушли. Они еще издалека понаблюдали, как попугай этот тянется к людям и обеспокоено и грустно кричит свое «Хеллоу!»…

Возле его клетки была привешена табличка. Этот попугай пережил своего хозяина. Научившего его здороваться таким образом.

Раньше он так вот приветствовал своего хозяина по утрам, гостей в доме… Теперь хозяин умер, и попугай сидит в клетке в зоопарке, тянется к посетителям и кричит им: «Хеллоу!». Говорят, такие попугаи живут по пятьдесят лет, и частенько переживают своих хозяев.

А вот и он (фотография кликабельна)

aklyon: (Default)
К моей маме и ее мужу в Аделаиду приехал знакомый. Они водили его по всяким достопримечательностям. Повели в маленький аделаидский зоопарк.

В птичьем отделении они обратили внимание на одного попугая, сидящего поодаль от других птиц. Увидев их компанию, он вдруг закричал им: «Хеллоу! Хеллоу!». Они подошли поближе. И попугай к ним потянулся. Тянулся и кричал: «Хеллоу! Хеллоу!». Мама протянула ему руку, он пропрыгал по ветке за маминой рукой. Ее муж попытался его чем-то подкормить, но попугай только покосился на еду, видно было, что она его не очень заинтересовала. Периодически он грустно кричал «Хеллоу!».

Потом мама, ее муж и их знакомый ушли. Они еще издалека понаблюдали, как попугай этот тянется к людям и обеспокоено и грустно кричит свое «Хеллоу!»…

Возле его клетки была привешена табличка. Этот попугай пережил своего хозяина. Научившего его здороваться таким образом.

Раньше он так вот приветствовал своего хозяина по утрам, гостей в доме… Теперь хозяин умер, и попугай сидит в клетке в зоопарке, тянется к посетителям и кричит им: «Хеллоу!». Говорят, такие попугаи живут по пятьдесят лет, и частенько переживают своих хозяев.

А вот и он (фотография кликабельна)

aklyon: (Default)
Шесть лет назад я гостил у мамы в Австралии. На одни из выходных я был отправлен, за семьсот с лишним километров, из Аделаиды в Мельбурн в гости к бывшим москвичам – семье Пересов. В доме жили: мама, папа, сын, дочка (с которой я, оказывается, виделся еще в Москве лет так в двенадцать: она тогда очень хотела пообщаться, и вообще – по возможности влиться в мою «взрослую» компанию. А я ее все время посылал. И она очень обижалась.) и две огромных собаки – Ким и Йона.

Утро начиналось для меня с тщательного йониного облизывания. Каждое утро она садилась под дверь и ждала, пока я проснусь. Затем стремительно вбегала в приоткрытую дверь и начинала очень профессионально облизывать мне лицо: очень настойчиво, проникая языком во все уголки и впадинки. По окончании этой процедуры она заваливалась на бок и требовала ответной ласки. Флегматичный Ким был менее страстен. Он, скорее, шел на поводу у йониного темперамента и пытался соответствовать ее неуемной энергии. Но получалось это у него плохо. Хотя ответных ласок он тоже не прочь был отведать. А однажды спокойно, не торопясь, стащил у меня с тарелки бутерброд с рыбой, который я крайне непредусмотрительно оставил у него на виду.

Йони все время норовила опереться передними лапами об меня. Мы частенько так стояли, балансируя, еле-еле держа равновесие.

Когда я уехал, собаки долго бродили кругами по дому, то и дело останавливаясь около двери в «мою» комнату. Они явно недоумевали – кому же теперь лизать лицо по утрам? У кого таскать бутерброды из тарелки? Возможно, произошла какая-то ошибка, и этот человек вернется. Обязательно вернется…

Но я так и не вернулся. Ни на следующее утро, ни потом.

Я часто вспоминаю эту историю. Это собачье отношение ко мне. Такую безграничную собачью любовь. Наверное, я для них был кем-то вроде ангела, спустившимся с небес и позволившим себя облизывать. Или они подумали, что это все им приснилось.

Вскоре Ким умер. А Йони все еще жива…

February 2014

S M T W T F S
      1
2345678
910 1112131415
16171819202122
232425262728 

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:28 am
Powered by Dreamwidth Studios